«Живые шахматы» - самая страшная игра в мире!

Живые шахматы в Красной книге АлешиИгры бывают разные. От одних прибавляется ума, от других убавляется… Одни приносят небывалые деньги, от других пустеет карман. Есть игры на интерес, а есть те, что делают из нас наркоманов, заставляя пялиться в монитор и, трясясь, ждать появления из-за угла Окровавленной Медсестры из Silent Hill или Некроморфов из жуткой игры Yobraza. Когда мой папа был пионером, он играл в футбол, мама в «Казаков-разбойников», с подругами пачкая арбатские дома мелом, а дедушка – в войну. Правда, это была не игра. Это была борьба за жизнь!

Вот и сегодня жизнь превратилась в игру, а игра – в выживание. Тысячи живых зомби не могут отлепить себя от компьютера, и тысячи матерей играют в спасение своих чад. Ток-шоу из TV выбираются на ночные улицы, и чужая кровь уже не кажется нам чем-то далеким и эфемерным. А завтра? А завтра мы однажды проснемся и поймем, что игры снова кончились. Хотите примеров – добро пожаловать в Живые Шахматы, страшную игру из Красной книги, в которую нам предстоит сыграть лет через двадцать… Хотите знать, чем заканчиваются такие игры? Покупаем Красную книгу за 149 рублей!

 

Отрывок из Красной Книги Алеши. Живые Шахматы

Под безудержные овации трибун на поле с четырех сторон стали выходить участники команд, не было только представителей Ликерки, отказавшейся участвовать в жестокой схватке за право лидерства в Черноземье. Это решение Совета старейшин значительно облегчило правила игры, так как пять команд в «квадрат» никак не вписывались. Пришлось бы сражаться по олимпийской системе на вылет, а это могло бы занять несколько дней.

Свершившийся расклад 4х4 устраивал всех, и игра обещала быть более чем зрелищной. Последней стала появляться на поле команда ходоков.

– Се-ми-лу-ки! – начали скандировать трибуны, как вдруг...

Трибуны разом охнули и замерли. Молчание продолжалось несколько минут, пока до всех не дошло: это никакой не обман, не мираж, не фокус. В команде Семилук в роли короля вышел безоружный громадный юми. Его вели на цепях два «офицера», вооруженные обрезами. Или два «слона», кому как нравится. Юми, покачиваясь, дошел до шеренги ходоков и занял свое место по центру. Все были в шоке и недоумении. По рядам прокатился тревожный гул. Юми зашмыгал носом и стал принюхиваться, почувствовав что-то свое, непонятное людям.

Хозяин подошел к микрофону. На него никто не обращал внимания, тогда Хозяин постучал пальцами по микрофону и, когда прибавили звук, сказал:

– Хочу представить несравненного костолома из племени юми! Его имя – Спартак! Да здравствует Спартак! – перешел на визг Хозяин.

Трибуны ожили.

– Спартак! – крикнул кто-то.

- Спартак чемпион!!!

– Ура Спартаку! – подхватил семилукский сектор.

И через миг весь Стадион в едином порыве кричал:

«Спартак! Спартак! Спартак!»

Юми продолжал шмыгать носом и хаотично осматриваться – где-то рядом, здесь и сейчас, на Стадионе, он чувствовал своих. Где?

Гамлет потянулся к рюкзаку за черными солнцезащитными очками, подаренными ему генералом в «Мелодии». Сейчас в очках ему было привычнее, и не только из-за палящего июньского солнца. Сквозь вой трибун он услышал с поля другой крик – вопрошающий и неуверенный. Гамлет присмотрелся – так и есть, это кричал юми. Вскоре его крик стал громче и надломней, вопросительные нотки исчезли, а через несколько мгновений юми уже перекрикивал толпу. Сжав могучие кулаки и задрав мускулистые руки, испещренные шрамами, к небу, Спартак продолжал блуждать взглядом по стадиону, греметь цепями и истово вопить одно только слово. Или имя. И его услышали.

– Джумла! – громогласно орал юми. – Джумла!

Он тряс кулаками, и раскатистый голос его становился все страшнее и страшнее:

– Джу-у-у-умла! Джумла!

Трибуны подхватили его крик, и Стадион начал сотрясаться. Тысячи голосов, ведомые диким ревом монстра-короля, повинуясь какой-то чудовищной амплитуде, стали расшатывать крепления и стены, Южная трибуна треснула, но выдержала и не развалилась. Панику удалось унять быстро, монстра успокоили спиртом. Юми залпом выпил принесенный ему ковш, утер голой рукой губы цвета индиго и успокоился. Во всяком случае – внешне. На трибунах стало меньше шума. Птицелов извинился перед народом за этот эксцесс и призвал всех к порядку. Потом взмахнул рукой и дал команду игрокам занять свои клетки на большом шахматном поле, расчерченном желтым и черным 10 на 10 клеток, в отличие от стандартных 8 на 8. В каждой команде было по 14 игроков, из них – шесть пешек, вооруженных лишь щитами и ножами. Остальные «фигуры» соответствовали традиционным шахматам: ферзи были вооружены лучше других, ладьям разрешалось стрелять не только из луков, но и обрезов с ограничением до пяти выстрелов, слоны были с копьями, луками и мечами, кони – тоже, но двигались ограниченно (во время перемещения по клеткам стрелять им было запрещено, только обороняться). На свободных восьми клетках – по углам, сбоку от команд – хранилось дополнительное вооружение в виде цепей, ножей, стрел, монтировок, а в четырех углах, замыкающих квадрат, лежало по бензопиле. Королям давалось право пользоваться рычагом, но лишь один раз.

Были и другие правила, всех не перечислить. Нарушителей суровые рефери тотчас должны были выводить из игры, что означало поражение команды и позор всей локации. Было и еще одно правило – Правило гуманизма, как называли его орги: почувствовав приближение смерти (или попросту струсив), каждый игрок мог выйти или выползти из своего квадрата и сдаться, ему даровалась пощада, но команду все равно отстраняли от игры.

Когда игроки были готовы, снова раздался гонг, означающий начало боев! Фигуры Чернова сгруппировались, пешки прикрыли большими щитами стоящих за их спинами товарищей. Со стороны ходоков раздался боевой клич:

– Мочим валькирий!

И в грозных прекрасных воительниц полетели копья и стрелы. Две девушки упали. Прикрываясь щитами, валькирии прятались в окопах и за бочками, но к ходокам присоединились «динамовцы», спонтанно набросившись на слабейшего.

…Ходоки наседали, «Мелодия» выжидала, и пока не прозвучало ни одного огнестрела. Кто же выстрелит первым? В дальнем от ложи углу пошла первая рукопашная: в стычке сошлись две пешки «динамовцев» и ладья Чернова. Пешки атаковали ладью длинными цепями, вдруг неожиданно из-за их спин в воздухе пронеслось лассо и попало точно на голову солдату из «Мелодии». Ладья схватилась за веревку, но петля уже туго сжала горло – солдат упал, и его потащили на «территорию» группировки Смерти.net. На самой границе он попытался выстрелить из обреза, но ему не дали воспользоваться ни одной из пяти разрешенных пуль. Обрез оказался у пешки, другая пешка вонзила меч прямо в сердце солдата. Страсти начали накаляться – не прошло и получаса, а уже три трупа!

Спартак-юми на радость зрителей вытворял на поле невиданные чудеса ловкости и сноровки: ловил летящие в него копья, отбивал стрелы, но то, что он придумал с землей, стоя на черном квадрате, удивило и привело в восторг всех без исключения. Юми просто помочился на рыхлый чернозем и начал лепить из него «снежки». То ли это была домашняя заготовка Хозяина, то ли юми додумался до этого сам, но факт есть факт: одной такой черной лепешкой Спартак подбил целящегося в ферзя валькирий «динамовца», а другим покалечил саму валькирию, метнувшую дротик в коня-ходока. Несмотря на то, что Спартаку кричали «Не трогай рычаг», он дернул его, в тот же миг под землю провалилась своя же ладья. Ходоки закричали на него, он огрызнулся, секундной заминкой воспользовались валькирии и град стрел обрушился на неготовых к такому раскладу ходоков. Двое упали замертво, одна стрела вонзилась в мускулистое, поросшее густой шерстью плечо юми. Он вырвал стрелу и бросился на валькирий, но мощная тяжелая цепь не дала ему вырваться за черный квадрат.

– Справа! – завопил кто-то из семилукских бойцов.

Конь и ладья подзабытых солдат Чернова вторглись в пределы ходоков, успешно отбиваясь от пешек противника. Ладья достала обрез и сделала первый выстрел в игре. В тот же миг кто-то из королей дернул свой рычаг, и на территории Чернова прогремел мощный взрыв, разорвав на части слона и ранив короля, сидящего в окопе, и притаившегося за бочкой коня. Забрызганный кровью своего товарища король «Мелодии» скорчился от боли, ему на помощь бросился ферзь и начал перетягивать жгутом его раненую ногу. Валькирии пальнули из стволов, но тут случилось страшное. Семилукский ферзь в окружении пешек добрался до центра поля и сделал прицельный выстрел из карабина – самая главная фигура валькирий покачнулась, ее подхватили подруги. Ферзь сделал еще выстрел, еще и еще. Изрешеченное пулями тело главной валькирии вынесли за пределы «шахматной доски». Прозвучал гонг, призывающий к прекращению огня…

Я хочу купить Красную книгу и читать роман Алёши «Давление» до конца!